Business is booming.

Батьке отпустили последний срок: Лукашенко перестанет быть президентом 5 ноября

0 2

Батьке отпустили последний срок: Лукашенко перестанет быть президентом 5 ноября

Президент Белоруссии Александр Лукашенко не должен считаться официальным главой государства с 5 ноября, считают в Европарламенте. Об этом заявил депутат от Литвы Пятрас Ауштрявичюс. 5 ноября официально заканчивается пятый президентский срок Лукашенко.

В этом документе также говорится о признании координационного совета белорусской оппозиции «временным представителем народа» и о поддержке проведения новых выборов.

Ранее Европарламент поддержал введение санкций против Лукашенко.

В МИД Белоруссии заявили, что разочарованы действиями Европарламента и отметили, что структура, которая позиционирует себя в качестве объективно и демократичной, не нашла в себе политической воли «заглянуть дальше своего носа». В Совете республики назвали принятие резолюции вмешательством во внутренние дела государства.

В России резолюцию ЕП также сочли попыткой подменить органы власти в стране. Означает ли это то, что Москве придется представлять интересы официального Минска перед теми странами, которые не признают Лукашенко? Да, и многие ли национальные правительства пойдут на это?

— Резолюция Европарламента носит рекомендательный, а не обязательный для исполнения характер, — поясняет белорусский политический обозреватель Кирилл Озимко.

— Хотя практика показывает, что в ЕС принято исполнять такие рекомендательные документы.

Так что, данное решение будет определенным политическим ориентиром как для институтов ЕС, так и для национальных правительств. Но оно не означает, что все страны Европы в одночасье прекратит любое сотрудничество с официальным Минском.

«СП»: — Введенные санкции как-то реально повлияют на Лукашенко? Кажется, против него уже столько их было, и что? Что изменилось?

— Санкции повлияют на экономическую сторону белорусско-европейских отношений. Например, резолюция Европарламента призывает полностью отказаться от финансирования власти в Белоруссии, например, от кредитования по линии Европейского инвестиционного банка и Европейского банка реконструкции и развития.

Белоруссия принимает участие в европейском проекте «Восточное партнерство», в рамках которого Брюссель сотрудничал с белорусской властью. Этот проект для Минска тоже, скорее всего, будет заморожен.

Политические последствия могут заключаться и в том, что Белоруссию перестанут воспринимать как «донора региональной стабильности» и нейтральную переговорную площадку. Полагаю, что различные международные переговоры по Донбассу могут быть перенесены из Минска.

Ранее против Белоруссии уже были введены жесткие санкции. На тот момент они нанесли определенный ущерб: Европейский банк реконструкции и развития прекратил сотрудничество с республикой, Европейский инвестиционный банк перенес свой приход в страну, а МВФ отказался выделять Минску кредит. Власть тогда потеряла возможность разместить еврооблигации. Эта история может повториться.

«СП»: — А из национальных правительств стран ЕС кто, по-вашему, не признает, а кто признает Лукашенко? Может, кто-то признает, но просто не сразу?

— Полной изоляции Лукашенко от Европы не будет. Потому что полное отрезание Минск от Запада принесёт и Брюсселю, и Вашингтону слишком большие риски усиления влияния России в республике и регионе в целом.

Наиболее непримиримая позиция к Лукашенко будет у Восточной Европы — Польше и Литве необходима Белоруссия как буферная зона, которая будет отделять эти страны от России. Да и как часть потенциального Балто-Черноморского союза или Трехморья. Варшава и Вильнюс больше других опасаются углубления интеграции Белоруссии с Россией. В странах Западной Европы этого тоже опасаются, но у них позиция более прагматичная — как бы не сделать наоборот хуже для себя.

«СП»: — Насколько тут уместны параллели с Венесуэлой? Ну, ряд стран Запада признал Гуйадо, и что?

— В резолюции Европарламента указано, что Координационный совет оппозиции признан временным представителем белорусского народа. Это означает его легитимизацию и институционализацию в ЕС — Брюссель и национальные правительства теперь будут с ним сотрудничать. Это наводит на мысли о венесуэльском сценарии. Но пока на Западе нет такого единодушия, как было по Венесуэле. Белоруссия находится в совершенно ином геополитическом положении — есть Россия, которая не прочь углубить интеграцию и усилить свое влияние в Восточной Европе. Венесуэльский сценарий будет вести к изоляции Белоруссии, что, как я уже говорил ранее, несет для Запада риски.

«СП»: — Как, по-вашему, будет вести себя Лукашенко в такой ситуации? Разорвет дипотношения с непризнавшими его странами? С той же Польшей и Литвой пока только границы закрыли, а что будет дальше?

— Нет, я не думаю, что Минск первым пойдет на разрыв отношений со странами ЕС, даже с Литвой и Польшей. Если обстановка для власти стабилизируется, то Белоруссия, скорее всего, будет предпринимать попытки реанимировать многовекторность и балансирование между Востоком и Западом, пусть теперь и сузится поле для маневров.

Именно по этой причине мы видим довольно мягкую реакцию Минска на непризнание выборов со стороны ЕС. Нет ни высылки европейских послов, Белоруссия не вышла из европейского проекта «Восточное партнерство», нет ни запрета бело-красно-белого флага, нет закрытия ряда западных СМИ в республике. Это может говорить о том, что Минск не спешит сжигать мосты и надеется на очередную оттепель.

«СП»: — А как будет вести Россия? Будет ли она представлять Лукашенко на тех площадках, где его не признают?

— Россия сделала ставку на сохранение режима Лукашенко, потому что есть риск, что альтернативные кандидаты могут сблизить республику с Западом. Я думаю, что Россия поднимет вопрос о дальнейших планах интеграции, в частности, предложит вернуться к обсуждению 31 «дорожной карты».

Но представлять Белоруссию на международных площадках Россия не сможет, потому что такое представительство почти никто не признает. Белоруссию признают как независимое государство, поэтому только её представители могут легитимно представлять республику.

— Внешнеполитические резолюции Европарламента — это особый формат европейской дипломатии, близкий скорее к беллетристике, чем к серьезным и значимым документам, — уверен политический аналитик Фонда развития институтов гражданского общества «Народная Дипломатия» Евгений Валяев.

— Суть кроется в том, что Европарламент остается консультативным органом и не имеет законодательной инициативы, его резолюции носят рекомендательный характер. Эти резолюции показывают настроения, которые царят среди политиков стран ЕС. Но даже сами евродепутаты понимают, что их решения ни на что не влияют, поэтому активно заигрывают с популистской риторикой. Суть таких громких резолюций — чтобы о тебе писали СМИ. Это политические заявления, которые редко имеют практическое продолжение.

Европарламент регулярно издает резолюции, связанные с Россией — против «Северного потока», по «делу Навального», из-за Крыма и Донбасса. Но далеко не все из этих резолюций имели продолжение и становились настоящими актами Еврокомиссии или Евросовета. Ровно такая же ситуация и по Белоруссии: после 5 ноября Европарламент не будет считать Лукашенко легитимным президентом, но и Тихановскую они не объявляют президентом, размыто указывая на некий авторитет Координационного совета оппозиции. Еврокомиссия не пойдет на такой сомнительной с точки зрения права шаг. Международные нормы созданы для того, чтобы упрощать и стандартизировать взаимодействие между странами. Если ЕС лишит Белоруссию официального представителя, то это только усложнит контакт с Минском. Все понимают, что у Тихановской нет власти, а Координационный совет оппозиции — это только попытка создать политический субъект, альтернативный Лукашенко.

Европейские чиновники понимают, что можно контактировать с Белоруссией через Москву, целиком исключив из этой схемы Лукашенко. Это будут делать лидеры тех европейских стран, которые привыкли контактировать по важным вопросам напрямую с Путиным — и Меркель, и Саркози будут использовать именно этот канал. Но также европейцы понимают, что выстраиваемый контакт с Белоруссией через Москву дает преимущество российской стороне, как бы подчеркивая, что эта страна не является суверенной, а находится под влиянием России.

«СП»: — Как долго это может продолжаться? Невольно вспоминается пример Гуайдо, которого многие поспешили признать президентом, и что?

— Проводить параллели с Венесуэлой в данном случае нет никакого смысла, слишком уж разная политическая культура в Европе и Южной Америке. Когда страны Запада признают Хуана Гуайдо президентом Венесуэлы, то они не несут той полноты ответственности за такое решение, если бы речь шла о европейской стране, которая находится рядом с твоими границами. Одно дело — смотреть на волнения в Венесуэле по телевизору, а другое дело — понимать, что такое может происходить рядом с тобой. Решение по Лукашенко будет куда более ответственным и политически выверенным, чем по Гуайдо.

Нынешний статус Лукашенко совсем не означает, что ему можно спокойно выдохнуть и продолжать управлять страной, как ни в чем не бывало. Европейские лидеры согласятся на определенный план, который бы предполагал переходной этап, в течение которого Лукашенко должен будет сложить свои полномочия и провести новые выборы. Москва может стать гарантом такого процесса. Сейчас уже не стоит вопрос, будет ли Лукашенко президентом Белоруссии, а стоит вопрос, как скоро он уйдет. Если этот процесс будет затягиваться, то Евросоюз прибегнет к языку реальных санкций, а не резолюций.

Особую активность по Белоруссии продолжат показывать Литва, Польша и Украина. Страны, не граничащие с Белоруссией, не будут поднимать вопрос непризнания Лукашенко, отдав этот вопрос на откуп Брюсселю, а также Парижу и Берлину. Для Европы в целом тема политического кризиса в Белоруссии является периферийной.

Москве выгодно поведение Лукашенко, который обостряет отношения со своими соседями. Чем большая проблема в лице Лукашенко возникнет, тем существеннее будет роль Москвы, когда этот конфликт будет с её участием погашен. Из-за отравления Навального имидж Москвы снова подпорчен. Историей успокоения режима Лукашенко Москва продемонстрирует позитивный кейс при общении с ЕС, отодвинув на второй план историю с Навальным.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

семь − 5 =