Business is booming.

С кем на южном фланге России будет воевать Эрдоган

0 0

С кем на южном фланге России будет воевать Эрдоган

Обсуждавшееся во время визита министра обороны Турции в Казахстан соглашение о военном сотрудничестве — важный этап на пути создания единой армии тюркских народов. Такой вывод по итогам среднеазиатского турне своего руководителя оборонного ведомства Хулуси Акара делает газета Türkiye (Турция).

На этой неделе, напомним, министр национальной обороны Турции нанес ряд визитов в страны Средней Азии. Так, 26 октября впервые посетил Казахстан, где провел встречу со своим казахстанским коллегой Нурланом Ермекбаевым, а также с премьер-министром республики Аскаром Маминым. В обоих случаях, как сообщается, главной темой обсуждения стали вопросы укрепления и расширения сотрудничества двух стран в военной сфере. В частности, стороны обсудили инвестиционные проекты в области оборонно-промышленного комплекса, которые реализуют турецкие компании.

Следующим в графике Акара стал Узбекистан. Там Акара провел переговоры с президентом Шавкатом Мирзиёевым и главой Минобороны Баходыром Курбановым, итогом которых также стало подписание соглашения о развитии военного и военно-технического сотрудничества между Узбекистаном и Турцией. Стороны договорились о реализации программ в области обучения военных кадров, налаживании контактов между специализированными вузами, обмене опытом в подготовке войсковых подразделений.

Обращает на себя внимание, что именно на этом фоне турецкое издание решило оживить идею «Туранской армии». И всерьез обсуждает возможность создания единой пантюркистской армии в составе Турции, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, Туркмении, Киргизии и Таджикистана.

Причем, привлеченные к дискуссии турецкие эксперты уверены, что это очень важная цель, и она вполне может быть реализована. Более того, такая армия под руководством Турции может иметь право голоса во всех региональных и глобальных вопросах.

Понятно, что пока все это разговоры, не более… И все же, воинственная гиперактивность Анкары на азиатском постсоветском пространстве не может не беспокоить.

— Активизация турецкой политики в Центральной Азии не является чем-то новым, комментирует ситуацию главный редактор журнала «Проблемы национальной стратеги», историк и политолог Аждар Куртов. — Подобные заходы по всем линиям, в том числе, и по возможностям военного, военно-технического сотрудничества делались сразу же после распада Советского Союза. Образовавшийся вакуум в Турции был воспринят как некий исторический шанс для воссоздания Великого Турана.

Тургут Озал, турецкий президент в начале 90-х, тогда очень активно посещал бывшие республики СССР, побывал даже в Гагаузии. И немалые силы и средства приложил к тому, чтобы попытаться перетянуть эти новые суверенные страны под эгиду Турции.

Постоянно проводились и проводятся до сих пор саммиты тюркских государств, где эксплуатируется идея, в том числе, и военного единства. В начале 90-х гг. на одном из таких саммитов турки демонстративно устроили ритуал, восходящий к одной из тюркских легенд, когда все лидеры новых суверенных государств по наковальне делали символические удары — ковали, тем самым, оружие единства между тюркскими странами.

«СП»: — Но сейчас речь идет не о символике, а о реальных планах в военной сфере…

— Предложения о военно-техническом сотрудничестве и в то время делались. Но тогда реализовать полномасштабно это было невозможно, в виду, во-первых, слабости относительной самой Турции. Во-вторых, слабости — во всех смыслах, в том числе, и в финансовом — новых суверенных государств.

То есть, какой-то большой заинтересованности у Турции финансового плана в поставках своих систем вооружения не было. А у новых суверенных государств — почти у всех — остались огромные запасы советского оружия, которое они даже употребить полностью не могли. Поэтому некоторые пытались им активно торговать на внешних рынках.

Сейчас, мне кажется, Турция пытается действовать сразу по нескольким направлениям.

Если касаться военно-технического сотрудничества, то события в Нагорном Карабахе показали, что некоторые виды вооружений — такие, как турецкие БПЛА — весьма эффективны при современных военных действиях. И воспользовавшись этой своеобразной практической «рекламой» — осязаемой, все это видели, — Анкара пытается продвинуть свою продукцию на новые для нее рынки. Надо сказать, этот шанс вполне может увенчаться успехом. Хотя бы в силу того, что в России, в частности, некоторые системы беспилотных летательных аппаратов не столь эффективно развиты, как у той же Турции.

Военно-техническое сотрудничество влечет за собой, конечно же, и устойчивые связи по другим направлениям. Любой системе вооружений когда-то требуется ремонт, а значит, запчасти — а это связь со страной, которая их производит. С той же самой Турцией. То есть, если контракт заключен, Турция, тем самым, привязывает к себе экономически, финансово и в военном смысле новые суверенные государства.

Но, конечно же, для Турции это борьба не просто за рынки.

«СП»: — А за что еще?

— Не секрет, что турецкое руководство ставит во главу угла создание некоего полноценного тюркского надгосударственного объединения. Одним из препятствий на этом пути является то, что постсоветские республики Центральной Азии до сих пор находятся в зоне российского, в основном, влияния. В том числе, в военно-техническом и военном отношении. Ряд этих стран входит в ОДКБ, а другие получают военную помощь в виде вооружений по льготным ценам. И здесь Турции выгодно вытеснить Россию как конкурента. С этим тоже связана активность турецкой политики по этому направлению.

Что касается мифа о единой тюркской армии, то, я не думаю, что он достижим в ближайшее время.

«СП»: — Почему?

— Потому что единая армия должна быть под единым командованием. Ведь это не совокупность неких отрядов разных стран, которым предстоит маршировать на параде. Это как раз сделать очень просто. А вот воевать совместно, осуществлять боевые операции в современных условиях — для этого необходимо единое командование.

Но, чтобы было единое командование, нужны очень продвинутые отношения. В Турции же военные находятся в подчинении политического руководства. Если раньше офицерский корпус Турции был ориентирован на Запад — это началось больше века назад, — то сейчас Эрдоган, в том числе, и репрессиями, выбил высшую военную верхушку. Посадил в тюрьму множество генералов, адмиралов, дискредитировал их перед обществом.

Собственно, отчасти, поэтому не удался в стране военный переворот несколько лет назад.

В силу этого, фактически, сам Эрдоган будет контролировать действия армии, а не военные. Но для того, чтобы до этого дошло, нужно еще очень большой путь пройти. Нужно еще серьезные доводы, аргументы, ресурсы бросить на исполнение этого плана.

Поэтому, что бы там ни говорили турецкие эксперты, до этого очень и очень далеко. Все равно находятся предубеждения против такого развития событий во всех странах Центральной Азии.

«СП»: — Поясните, о чем речь?

— Таджикистан, например, это страна, населенная, в основном, не тюркским этническим компонентом, хотя он там тоже присутствует — в частности, узбекское меньшинство. Таджики, это совершенно другой этнос, ираноязычный. И их рассуждения о тюркском мире трогают в меньше степени.

Кроме того, политическое руководство центрально-азиатское, оно все-таки не без памяти. И помнит прекрасно ситуацию, когда в «девяностые» Турция пригрела у себя узбекских оппозиционеров. Сейчас это не афишируется, но тогда они там не просто проводили совещания, они разрабатывали террористические акты, которые потом были осуществлены в некоторых городах Узбекистана. В Ташкенте, например.

Да, сейчас политическое руководство этих стран сменилось, но все равно в памяти спецслужб, в памяти политиков все эти обстоятельства сохранились. Поэтому быстро и далеко шаги по направлению сближения с Турцией делаться все-таки не будут.

Другое дело, что один из факторов, который побуждает Турцию к активности, это ситуация в Нагорном Карабахе. Мы видим, что ОДКБ, куда, кстати, входят и Казахстан, и Таджикистан, и Киргизия, фактически безмолвствует. И Анкара сейчас пытается это обстоятельство обыграть, предпринимая шаги для создания подобного объединения, но уже под своей эгидой.

Здесь просто надо понимать, что хоть Казахстан и Киргизия входят в ОДКБ, в религиозном и этническом отношении они больше предрасположены к Турции, чем к Армении. Поэтому и не считают необходимым, наверняка, участвовать в каких-либо боевых (либо миротворческих) операциях, направленных на обуздание агрессии Азербайджана. Эти обстоятельства тоже учитывает Турция, которая явно, открыто, целенаправленно действует на стороне Азербайджана для того, чтобы укрепить позиции и на этом, закавказском направлении, своей внешней политики.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

тринадцать − 8 =